Вторник, 09.03.2021, 03:40
ПОРТАЛ   ДЛЯ   ПРЕКРАСНЫХ   ДАМ          
Ж Е Н С К И Е         Х О Б Б И
Главная | Регистрация | Вход Приветствую Вас Гость | RSS
О, ЖЕНЩИНА!
КРАСОТА
ЗДОРОВЬЕ
РУКОДЕЛИЕ
КРОЙКА И ШИТЬЕ
Категории раздела
ВЕЛИКИЕ ЖЕНЩИНЫ МИРОВОЙ ИСТОРИИ [58]
ВЕЛИКИЕ МАТЕРИ. ПОТРЯСАЮЩИЕ СУДЬБЫ [23]
ЗНАМЕНИТЫЕ КРАСАВИЦЫ [27]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Форма входа

Главная » Статьи » О, ЖЕНЩИНА » ЗНАМЕНИТЫЕ КРАСАВИЦЫ

ОЛЬГА КОНСТАНТИНОВНА ЧЕХОВА (1896–1980)

Госпоже Ольге Чеховой в знак искреннего восхищения и уважения.

Адольф Гитлер

Ольга Константиновна Чехова родилась в дворянской семье. Ее отец, инженер-путеец — родной брат прославленной актрисы Художественного театра Ольги Леонардовны Книппер-Чеховой.

Оленьку отправили под присмотр к родной тетке в Москву, и тут случилось то, что часто случается с молодыми — она влюбилась в актера Михаила Чехова и, несмотря на свою молодость — всего-то 17 лет, — тайно с ним повенчалась 3 сентября 1914 года.

ОЛЬГА КОНСТАНТИНОВНА ЧЕХОВА (1896–1980)

Михаил потом уже в своих воспоминаниях рассказывал в присущем ему ироническом тоне об этом событии: «Если ты действительно ставишь жизнь ни во что, — сказал я себе, — соверши сознательно неразумный поступок, который отразился бы на всей твоей жизни». Я стал думать. Неплохо было бы жениться: и неразумно и обременительно. Мысль эта понравилась мне. Но на ком жениться? У О. Л. Книппер-Чеховой гостили две ее племянницы, и я решил жениться на одной из них. Не надеясь получить согласие ее родителей на брак, я задумал похищение и однажды ранним утром в далекой загородной церкви, подкупив священника, обвенчался без документов и формальностей. Свою молодую красавицу жену я скоро горячо полюбил и привязался к ней. Со свойственным ей чутьем она угадывала, в какой душевной неправде я жил, старалась помочь мне, но все же тоска и одиночество не оставляли меня. В моем письменном столе лежал заряженный браунинг, и я с трудом боролся с соблазнительным желанием».

На самом деле, Михаил был влюблен серьезно и гордился женитьбой на красавице, и свидетельство тому не воспоминания, а письма периода женитьбы: «Да-с! Я действительно женат. <...> Жена моя красавица! Ведь везет же таким субъектам, как я! Матери моей, конечно, кажется, что я сделал подходящую партию, но тебе, Вава, скажу по секрету, что жена моя — не по носу табак (извини за грубость). Да, я думаю, нелегко тебе представить меня рядом с красавицей женой, семнадцатилетней изумительной женкой. Дуракам счастье».

Ну а родня Оленьки была сначала шокирована, женитьба эта «вызвала бурю негодования» у всех ее родственников: «Положение Ольги Леонардовны действительно выглядело очень неловким: родители доверили ей дочь, а она не усмотрела. <...> Кроме того, отец Оли занимал довольно важный пост в Петрограде, а Миша тогда был всего лишь маленьким актером «на выходах»».

Тетка предпринимала отчаянные и по-актерски бесполезные шаги. Молодые же были, как всегда, полны радужных и необоснованных надежд, что все как-то разрешится — а все закружилось в водовороте взаимных оскорблений и волнений: «...я, Маша, женился на Оле, никому предварительно не сказав. Когда мы с Олей шли на это, то были готовы к разного рода неприятным последствиям, но того, что произошло, мы все-таки не ждали. Всех подробностей дела не опишешь, и я ограничусь пока главными событиями. <...> Итак, женились. В вечер свадьбы, узнав о происшедшем, приехала ко мне Ольга Леонардовна и с истерикой и обмороками на лестнице, перед дверью моей квартиры, требовала, чтобы Оля сейчас же вернулась к ней. Затем приезжал от нее Сулер с просьбой отпустить Олю к Ольге Леонардовне на короткий срок поговорить. Взяв с Сулера слово, что он привезет мне Олю назад, я отпустил. Спустя час Оля вернулась, и Сулер стал настаивать, чтобы я отпустил Олю до приезда Луизы Юльевны (Олиной матери. — Авт.) жить к Ольге Леонардовне. Оля отказалась исполнить это.

Ольга Леонардовна звонила по телефону, и наконец в 4 часа ночи приезжает Владимир Леонардович и просит ради Ольги Леонардовны вернуться Олю домой. Я предоставил решить это самой Оле, и та, наконец, решила поехать к тетке, чтобы успокоить ее. <...>

Теперь я решил отпустить Олю с ее матерью в Петербург, чтобы там приготовить отца и объявить ему о случившемся. Вот в общих чертах главнейшие моменты истории».

Действительно, «пиеса». И разыграна аккуратно по системе Станиславского.

Ольга Леонардовна, актриса темпераментная, описывала эту сцену еще более театрально: «Бродила с Сулером по улицам, чтоб успокоиться, дошла до двери Чехова, он сам выскочил и хотел что-то сказать, но тут я мало помню, что произошло. Знаю, что чуть не ударила его и сказала, что это поступок испорченного человека. Сулер меня вытащил, так как мне сделалось дурно...», потом приехала мать, «вызвала Мишу и, не щадя его, говорила с ним, покойно и сдержанно, и сказал ему, что Олю берет в Петербург».

Но в конце концов все трагедии недолги — Михаил Чехов был принят родными Оли вполне хорошо. Уже через полгода он написал: «Твой гениальный племянник приветствует тебя и желает сказать, что принят он здесь у Олиных родных чудесно, только осталось сшить колпак, о котором ты говорила, и все будет в порядке», «...если бы мне не было так хорошо у Олиных, то я давно погиб бы от тоски».

Установился семейный покой и порядок, юная жена была вполне довольна — у нее талантливый муж, и родители с ним поладили. Оленька пишет: «Вот уже целую неделю, как мы в Петербурге. Миша играл уже раза три. Успехи у него небывалые. Впрочем, ты, вероятно, сама знаешь из газет. Живем мы у моих родителей. Папа к Мише очень и очень хорошо относится. Мир полный».

С гениальным актером, а Михаил Чехов был актером от Бога, жить, конечно, непросто, тем более юной и неопытной красавице. Михаил был театральным, богемным человеком, весьма экспрессивным, пьющим и еще со многими житейскими недостатками, которые помогают таланту, но мешают женам. К тому же был «маменькиным сыночком», привязанным к матери «болезненно-крепкой» духовной «пуповиной».

Все это предполагала сестра Ада, знавшая слишком хорошо и экзальтированный характер своей младшей сестры: «Я от Оли всегда ожидала такой поступок, не с Мишей, так с другим — все равно. <...> Ну что ж, дай Бог счастья. Миша мне не кажется плохим человеком, и, по-видимому, он ее любит. <...> Потом, мне кажется, что любит она не его, а в нем человека талантливого, любящего и понимающего искусство, музыку. <...> Ведь ей 17 лет только, и беда ему, если она прозреет, в чем я и не сомневаюсь».

Всем, кроме Михаила, красота и молодость Ольги были несколько подозрительны. Даже старая няня, по воспоминаниям своего воспитанника, сомневалась: «Когда я женился, она сразу же взяла на подозрение мою красавицу жену и, многозначительно кивая матери головой, шепотом говорила:

— Уж больно красива! Не обошла бы нашего-то. Ну да я дознаюсь!»

Так и случилось. Но сначала у них родилась дочка Оленька. Ольга — любимое имя в семье Книппер. В августе 1916 года Ольга Леонардовна, чувствовавшая себя как будто крестной матерью этой семьи, с гордостью писала: «Наконец-то наши дети разродились. Ах, как мучительно было ждать и так близко ощущать, как Оля страдала. Часов 15 она кричала, выбилась из сил, сердце ослабело — тогда наложили щипцы и вытянули 10-фунтовую здоровую девочку. <...> Мы уже решили, что губы Олины, нос Мишин, а раскрывающийся левый глазок в меня. Миша с любопытством рассматривает незнакомку и говорит, что пока никакого чувства не рождается — конечно, пока».

Молодой отец тут же требует к себе внимания: «У Миши аппендицит — надо делать операцию. Гланды тоже...» Капризничает и не привык... Ревнует, хочет, чтобы жена занималась им. Не редкая история, которую просто нужно пережить.

Дочку отдают няньке: «Нянчит ее m-me Аулу, куда отдали ребенка, так как Оля очень слаба, кормить не может, раздражена, да и Миша, по-моему, так ревновал Олю к девочке, что лучше, что она там <...>».

Они развелись в декабре 1917-го.

«Миша Чехов разошелся со своей женой, это не так неожиданно, конечно, как может показаться на первый взгляд, но тем не менее удивительно. Дело в том, что Миша очень любил Ольгу Константиновну и она его. Вероятно, и тут сыграла некрасивую роль Мишкина мать — эгоистичная, присосавшаяся со своей деспотической любовью к сыну, Наталья Александровна. Бедный Миша, вся жизнь его последних лет протекала в каком-то кошмаре. Накуренные, не проветренные комнаты, сиденье до двух-трех часов ночи (а то и до 9 часов утра) за картами. Какая-то сумасшедшая нежность старухи и молодого человека, ставшего стариком и пессимистом».

Сам Михаил страдал, но по-актерски воспринял эту трагедию:

«Два обстоятельства ухудшили мое положение за этот год. После четырехлетнего замужества жена моя Ольга ушла от меня с человеком, о котором я хочу сказать несколько слов. Это был авантюрист того типа, о котором мне так много и занимательно рассказывал мой отец. Изящный, красивый, обаятельный и талантливый человек этот обладал большой внутренней силой, неотразимо влиявшей на людей. Он безошибочно достигал всех своих целей, но цели эти всегда были темны и аморальны. Он выдавал себя за писателя и часто увлекательно излагал нам темы своих будущих рассказов. Одна из первых же тем, рассказанная им, была мне давно известна. Он рассказал мне, что силы своей над людьми он достигает путем ненависти, которую он может вызвать в себе по желанию. Однажды я просил его продемонстрировать мне свою силу. Под его влиянием я должен был выполнить определенное действие. С полминуты он сидел неподвижно, опустив глаза. Я видел, как лицо, шея и уши его краснели, наливаясь кровью. Наконец, он взглянул на меня. Выражение его глаз было отвратительно! Под его взглядом, полном ненависти, я выполнил то, что он хотел. Эксперимент этот доставил мне мало удовольствия — я предпочел бы не видеть его искаженного злобой лица. Прошло еще полминуты, и его лицо приняло обычное веселое выражение и стало обаятельным, как всегда. Когда на улицах Москвы еще шли бои, когда через несколько домов от нас артиллерия расстреливала здание, в котором засели юнкера, когда свист пуль слышался не переставая днем и ночью и стекла в окнах были выбиты и заложены изнутри подушками — авантюрист, о котором я говорю, свободно ходил по улицам, ежедневно посещая нас, был весел и очарователен, как всегда. Смеясь, он говорил, что его не могут убить.

— Если ты умеешь презирать жизнь до конца, — говорил он, — она вне опасности.

Под его влиянием Ольга ушла от меня.

Помню, как, уходя, уже одетая, она, видя, как тяжело я переживаю разлуку, приласкала меня и сказала:

— Какой ты некрасивый. Ну, прощай. Скоро забудешь. — И, поцеловав меня дружески, ушла».

Но действительно, и сама Ольга была характера тоже авантюрного и решительного.

В 1921 году Ольга вновь выходит замуж и уезжает в Германию.

Начинается новый этап жизни — странный и увлекательный.

Берлин в это время — средоточие всего нового в искусстве, множество театров, выставок, кинематограф завоевывает свое место под солнцем. Все молодое и талантливое стремится в Берлин.

В маленьких театрах Ольга начинает карьеру актрисы.

Здесь ее скоро заметили и пригласили сняться в кино.

Выразительное, надменное лицо, яркая внешность и решительность жеста — все это хорошо подходило для немого кино. Она играла героинь и авантюристок, режиссеры уговаривали ее сняться. С 1923 года она была занята в шести-семи картинах в год. Наибольший успех имели фильмы с ее участием — «Маскарад», «Крест на болоте», «Город соблазнов» и «Мулен Руж».

К 1930-м годам она снялась и на фабрике грез в Голливуде, и у кудесника ужасов Альфреда Хичкока в фильме «Мэри».

Она стала одной из самых знаменитых и почитаемых актрис в Германии, а когда к власти пришли нацисты — еще и одной из любимейших актрис «наци», потому что Гитлер боготворил фильмы с ее участием и был без ума от «Пылающей границы».

Потом, в своих мемуарах, она напишет о немецкой элите со свойственным ей аристократическим высокомерием: «Гитлер робкий и неловкий, хотя с дамами держится с австрийской любезностью. Ничего демонического или завораживающего. Поразительно его превращение из разглагольствующего зануды в фанатичного оратора, когда он оказывается перед толпой».

Гитлер же обожал «русскую Олли» и на дни рождения, Рождество и праздники посылал ей сладости, а также свои портреты с надписью: «Госпоже Ольге Чеховой в знак искреннего восхищения и уважения, Адольф Гитлер».

Гиммлер, который поедал ее глазами на каждой театральной премьере, знал все ее театральные работы и говорил пошлости, думая, что заслуживает тем самым репутацию покровителя искусств. Он оставил в ее памяти нелестный презрительный след: «Рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер производит впечатление чего-то незначительного. Похожий на землемера на пенсии, с круглым обывательским лицом, он топчется и чувствует себя явно не в своей тарелке, когда же видит меня в глубоком декольте, каменеет от изумления».

Для нее «Геринг тщеславен, напыщен и склонен к шарлатанству», а при этом «Муссолини оказывается образованным и начитанным собеседником».

Она же предмет их восхищения и восторга.

И только Геббельс платил ей той же монетой и недолюбливал «Олли». Конечно, ведь однажды он у нее в гостях споткнулся на лестнице и, ухватившись за деревянную скульптуру мадонны, скатился под хохот всех гостей вниз. А она напишет о Геббельсе: «Пытается избавиться от комплексов, вызванных косолапостью и маленькой, абсолютно не германской фигурой, тем, что, используя пост министра, норовит переспать со всеми рослыми и смазливыми актрисами».

Дрянное закулисье.

Началась война. Ольга продолжает сниматься, ездит на фронт с концертами, ее любят солдаты и офицеры, она «поднимает дух германской армии», ее фотографии у летчиков люфтваффе и в солдатских окопах.

В командира эскадрильи истребителей капитана Йепа она влюбляется романтически. Но он погибает над Англией.

А в жизни Ольги происходит невероятное.

После взятия Берлина Чехову отправляют в Москву, здесь она беседует в Кремле с Абакумовым и Берией, а затем ее с комфортом возвращают в Берлин. Более того, советские оккупационные власти снабдили ее продуктами и помогли восстановить дом. Когда же она решила переправиться в Западную зону Берлина, ей не препятствовали и дали свободно уехать. В книге «Разведка и Кремль» генерал П. Судоплатов утверждал, что Ольга Чехова работала на советскую разведку и даже существовал сверхсекретный план покушения на Гитлера с ее участием. Генерал рассказывал, что после уничтожения в 1942 году «Красной капеллы» в Берлине в Германии «уцелел ряд важных источников информации и агентов влияния». Перечисляя тех, кто уцелел, Судоплатов говорит, что «не были скомпрометированы Ольга Чехова и польский князь Януш Радзивилл. Однако отсутствовали надежные связники с ними». Кроме того, он говорил и о том, что и ее близкие были вовлечены в агентурные планы: «Мы создали еще одну автономную группу, которая должна была уничтожить Гитлера и его окружение, если бы они появились в Москве после ее взятия. Эта операция была поручена композитору Книпперу, брату Ольги Чеховой, и его жене Марине Гариковне».

Ольга Чехова никогда этого не подтверждала. Но и не отрицала.

Категория: ЗНАМЕНИТЫЕ КРАСАВИЦЫ | Добавил: admin (26.12.2014)
Просмотров: 418 | Теги: красивые женщиты, судьбы известных красавиц, эталон женской красоты, красотка, знаменитые красавицы | Рейтинг: 0.0/0
1000 ВАЖНЫХ МЕЛОЧЕЙ
НАШ ДОМ
КУЛИНАРИЯ
Поиск
Рейтинг@Mail.ru Copyright MyCorp © 2021   Каталог сайтов Bi0  Яндекс.Метрика Каталог сайтов и статей iLinks.RU